Main menu

Вместе с человеком уходит целый мир, особенно если это человек штучный, уникальный. Именно таким был Володя Никитин, и сегодня сорок дней, как его нет.

Каждый, кто его знал, вспомнит его по-своему. Вспомнит его манеру говорить, шутить, смеяться…

Я знала его с 1973 года: Дом прессы на Фонтанке, другая жизнь, другая эпоха. Трудно объяснить тем, кто не жил тогда, какой она была эта эпоха, хотя кое-что из присущего ей, к сожалению, возвращается, опять включаем самоцензуру, опять звучат слова «это не телефонный разговор», опять определяем людей по принципу «свой – чужой».

Никитин во все прошедшие годы был, безусловно, свой. Вот почему так щемяще трудно оставаться на земле без таких людей. Сразу возникает и не отпускает ощущение сиротства. Ах, поговорить бы еще, обсудить бы вот это, посмеяться бы вместе! Смех всегда была нашей защитой от абсурда окружающей действительности. А уж так, как Володя умел посмеяться над тем, что ни в какие рамки не укладывалось, мало кто умел.

Мы, занимаясь журналистикой, всегда жили под высоким напряжением. «Не влезай – убьет» - помните, висели такие предупреждения на столбах. Может, и сейчас висят, не замечала. Но это абсолютно про нашу жизнь в прессе. «Не влезай, не высовывайся, не ошибайся». Если и не убьют, то с работы снимут, от профессии отстранят. А профессия не просто работа, а образ жизни. И как легко кто-то может эту жизнь поломать.

Володя Никитин замечательно это понимал, будучи великим профессионалом. Знал цену жизни и цену профессии. Недаром десятки людей называют себя его учениками. А теперь кто на факультете, так несправедливо с ним поступившим, заменит его? Да никто, ибо, повторюсь, он был уникален, и с ним ушел целый пласт знаний, целый мир.

Ау, Володя! Мы помним тебя всегда.

Магда Алексеева

Фото Павла Маркина