Улыбка Фонарева


Семен ФонаревСо временем все чаще возвращаешься к своим молодым годам, вспоминаешь людей, повлиявших на твою жизнь. Один из них – редактор многотиражной газеты завода «Красная Заря» Семен Фонарев: журналист, наставник, веселый человек.

…В шестьдесят третьем году в нарсуде Выборгского района начался уголовный процесс по обвинению одного из начальников цехов «Красной зари» в хищении драгметаллов. Подсудимый был членом парткома, и потому, понятно, суд проходил при закрытых дверях. Но это было уже время хрущевской «оттепели», и редактор «многотиражки» смог добиться, чтобы его сотрудника допустили в зал. Этим сотрудником был я. От меня ждали краткой информации, но материалы следствия были так впечатляющи, что я принес репортаж на целую полосу. И Фонарев это опубликовал! Тираж номера разошелся мгновенно, в редакции не смолкал телефон: возмущенные рабочие требовали открытого суда. А в это время адвокат подсудимого обвинил газету, опубликовавшую репортаж до вынесения приговора, в давлении на суд. Меня вызвали на партийный «ковер», где строго напомнили, что незнание закона не освобождает от ответственности. Кто знает, чем бы все это для меня закончилось, если бы Семен Фонарев не взял вину на себя, отстояв своего сотрудника.

Семен Фонарев. Фото Сергея ГрицковаСемен Фонарев.


Вот таким он был, редактор Фонарев. А знакомство с ним произошло у меня в начале 1961-го, когда я, уволенный по сокращению с военной службы старшим лейтенантом запаса, вернулся с женой и трехлетней дочкой домой, чтобы начать жизнь с нуля. Устроился на «Красную Зарю» бригадиром по ремонту и монтажу электрооборудования. Как-то главный инженер премировал нас за досрочный пуск одного агрегата, и в цех пришел шустрый темноглазый толстяк в зеленой куртке и берете с фотоаппаратом. «Кто это?» – спросил я у ребят. «Да это Семен, журналист заводской, наш человек», – сказали мне. Поговорили мы с ним, он что-то записал в блокнот, пощелкал «Зенитом», а уходя, предложил: «Ты, я слышал, студент-заочник журфака. Может, сам о своей бригаде напишешь?» Вот так он меня «завербовал», и я стал членом старейшей заводской газеты Ленинграда, первый номер которой вышел в 1927 году. Почетным рабкором в ней значился Алексей Максимович Горький, с которым газета, начиная свою жизнь, состояла в дружеской переписке. В одном из своих писем в «Красную Зарю» Горький советовал рабкорам (рабкор, поясняю для молодых, – это рабочий корреспондент, когда-то очень важная фигура в газете), так вот, Горький советовал рабкорам: «пишите больше о хорошем, потому что плохое не станет хуже от того, что оно есть, зато на фоне хорошего плохое кажется еще отвратительней».

Лида Самохина, Игорь Говорушкин, Ира Румянцева, Сережа Алехин, Игорь Щитинский, Станислав Паникаровский, Людмила Щекина, Юрий Куканов – это все птенцы из гнезда Фонарева, очень внимательного к молодым и талантливым.{/pullquote} Семен Фонарев, надо сказать, не соглашался с Горьким, он, наоборот требовал, чтобы штатные журналисты и рабкоры больше писали о недостатках, тем самым борясь с ними.

– Если пришел в цех за материалом, поговори прежде с ветеранами, – наставлял нас Семен Фонарев. – У нас старики знающие, смелые, не боятся и начальство критиковать.

Однажды я пренебрег этими советами, решив показать опыт токаря-револьверщика Виктора Щеглова, известного в районе новатора, ударника коммунистического труда. И попал в «водоворот». После публикации моего «панегирика» к редактору пришел начальник токарного цеха, старый рабкор Сергей Палыч Михалевич: «Что же этот автор, лакируя передовика, не разглядел недостатки в цехе?» Фонарев при нем отчитал меня, а затем велел провести два выездных рейда в цех. И тут мои глаза словно открылись: цех был грязным, с плохой вентиляцией, плохо освещенным, большинство станков – старье.

А после наших рейдов, представьте себе, положение изменилось. Через полгода цех было не узнать: мощные вентиляторы нагнетали чистый воздух, пол выложили керамикой, облицовка стен стала светлой, провели люминесцентное освещение, оборудовали просторные душевые и раздевалки.

Вот как иногда бывало «по следам наших выступлений», и как мы этому радовались: не зря вкалывали. А уж «вкалывали» будь здоров! Но Семен никогда не забывал, что у каждого, особенно молодого, журналиста есть еще жизнь для души. Он так говорил: «С производством ты вроде разобрался, а что у тебя есть для души?»

Именно для души по его инициативе в газете регулярно стали появляться литературные страницы. Там, в частности, печатались в нескольких номерах воспоминания профессора ЛГУ, журналиста и писателя Георгия Макагоненко, начинавшего свой трудовой путь на «Красной Заре» калильщиком, там печатались и воспоминания бывшего начальника отдела стандартизации чемпиона СССР по подводному плаванию Рэма Стукалова, снимавшегося, между прочим, в кинофильме «Человек-амфибия».

Лида Самохина, Игорь Говорушкин, Ира Румянцева, Сережа Алехин, Игорь Щитинский, Станислав Паникаровский, Людмила Щекина, Юрий Куканов – это все птенцы из гнезда Фонарева, очень внимательного к молодым и талантливым. А какие у нас были замечательные праздники, где душой компании был всегда веселый, остроумный, общительный Фонарев! Была у него и своя, фирменная шутка: последние капли из рюмки он выливал себе на лысину и растирал их со словами: «Чтоб волосики лучше росли». При этом как-то по-детски улыбался, и вот именно таким, с этой улыбкой запомнился всем.

Анатолий Мостов

Семен Фонарев Семен Фонарев