Во всем виноват «Горизонт»

Галина Познякова«Горизонт» я попал случайно. Я жил в доме у тети Нюси, Анны Григорьевны Лисянской, актрисы Александринского театра, приятельницы моего отца. Ее зять, режиссер Володя Геллер, работал в «Горизонте» и привел туда меня. Тогда был даже еще не «Горизонт», а молодежная редакция, что-то вроде телевизионного клуба молодежи.

Были разные страницы в этом клубе, и его хозяйка Галя Познякова, будучи человеком азартным, умевшим влюбляться в своих сотрудников за то, что они делали, как то сразу нашла мне место. Я занимался какой-то ерундой: то слонов приводил, то автомобилистов, а вокруг делали прекрасные передачи. Работа на телевидении тогда была буквально рукоделием: если только 75 процентов кадра освещено – брак. Но желание работать у всех было могучее: доказать, доказать, доказать…

Там была замечательная атмосфера самостоятельных людей. Все тогда начинали, хотели того-сего, и именно Галя должна была всех сдерживать, и одновременно все пробивать, разрешать, защищать… Она, теперь понимаю, была совсем молодая, но ощущение было, что она – как мама для всех. Умела заразительно смеяться и своим сотрудникам безгранично доверять.

Мы дружили тогда с Витей Правдюком, так получилось, что он остался без работы. Я пришел к Гале и сказал:

– Слушай, я сейчас назову фамилию человека и где он живет, и ты его возьмешь на работу.

– Ну, называй!

– Фамилия Правдюк, живет на улице Верности.

– Пусть завтра приходит.

Он там потом проработал много лет.

Вокруг Гали всегда роилось огромное количество людей – внутри телевидения и за его пределами. Все время было какое-то бурление, то устраивали праздник на стрелке Васильевского острова, то у кого-нибудь дома. Приводили знаменитых ленинградских певцов или композиторов, Лиду Клемент или Колкера, приходили какие-то джаз-банды, играли, жильцы вызывали милицию, горизонтовцы успевали смыться, кто-нибудь оставался и отдувался за всех. Вообще, было бесконечное количество замечательных персонажей.

И самое поразительное, что это была – компания. Телестанция «Горизонт» существовала внутри телевидения, у нее была своя общественно-политическая редакция, литературно-драматическое вещание и прочее. И когда были праздники, собирались вместе – праздновали как друзья и превращались в друзей.

И все зависело от Гали, она набирала кадры, она создавала атмосферу. Я и сейчас помню все эти фигуры. Миша Серебренников, очень трезвый, с иронически вопрошающим смешком, Женя Печников, тактичный, тонкий, умный, рассудительный и при этом смелый. Володя Геллер, который как раз тогда осуществил свою замечательную постановку «Дня без вранья» по рассказу Виктории Токаревой, открыв ее для телевидения, и, если не совру, там играл Сережа Дрейден, еще совсем молодым. Был писатель Илья Варшавский, был Слава Нечаев, была красавица Галя Мшанская, музыкальный редактор. Они были старше меня (я учился в университете), не намного, но существенно, потому что были –профессионалы, а я нет. Мы и потом, когда я уехал, дружили.

Помню я приехал в командировку на Мангышлак, в какой-то жуткий поселок, ничего и никого там нету, и вдруг в телевизоре – «Мшаня», и я, радостный, шлю ей телеграмму: видел на Мангышлаке! Сейчас это полная ерунда, а тогда, за тридевять земель, было почти чудо.

И все свадьбы, и дни рождения, и праздники заводила Галка. И у нее на Маяковской была квартира, очаровательная мама, всегда какое-то количество милейших людей, которые немедленно начинали выпивать, закусывать и говорить о работе. Без напряжения...

Я попал в радостный период, все были молодые. И шел такой набор высоты! Это было чистое счастье. В том, что я потом не пошел на телевидение, а пошел в газету, был виноват «Горизонт»: нигде больше, ни на каком телеканале, я ничего похожего не видел.

Юрий Рост