Main menu

«Человек бросается в огонь…»

Полина СоловейВот она вбегает в вестибюль Дома журналиста и, не снимая пальто, (своя!) молнией летит на третий этаж. «Голубой», «Зеленый», «Красный», – какой у нее сегодня зал? Отдышалась, скинула пальто, и мы любуемся ее яркостью: то на ней «цыганская» шаль, то цветной вязаный жилет… Но краски ей не нужны. Она красива без помады, без укладки, без шляпки, без «каблуков». О таких говорят: «Встала утром и красивая». Полина красива ранней своей черно-бурой сединой, веселым блеском озорных глаз, смуглой кожей тонкого лица. Ни манерам, ни внешнему лоску она не придает никакого значения. А как элегантна! Это – внутреннее.

Она энергична и все делает быстро. С летучки бежит на какой-то мудреный семинар психоаналитиков, с семинара (по пути) в Книжную лавку, в аптеку и снова в редакцию: в секретариате ее торопят с собственным материалом, написанным рано утром, под дверью ждет «вредный» автор, одолевают звонки, на корпоративных правах лезут вне очереди подруги. Такое впечатление, что она живет без передышки и что ей это очень нравится.

Предмет Полины – «Ступени мастерства». Ей не надо разрабатывать курс, не надо готовиться к лекциям, потому что она – живое явление ленинградской (петербургской) журналистики. И нужно только ее присутствие, чтобы всё зажглось.{/pullquote}Я знаю Полину давно, со сменовских времен (60-ые годы), когда она была автором школьного отдела, работая тогда по-моему, учительницей. Время шло, мы с годами все реже виделись, но встречаясь, обнимались как старые друзья. Так однажды она и взяла меня в оборот. Как раз в тот момент она носилась с идеей школы для молодых журналистов. Идеи обуревали Полину всегда. Но она не мечтательница, она – мотор, который всякую дельную мысль приводит в движение. Не успела я сказать ни «да», ни «нет», как уже сидела в Красной гостиной за круглым столом и сочиняла вместе с Полиной и Эдгаром Эмильевичем Линчевским программу занятий, чтобы предложить ее нашему Союзу.

Предмет Полины – «Ступени мастерства». Ей не надо разрабатывать курс, не надо готовиться к лекциям, потому что она – живое явление ленинградской (петербургской) журналистики. И нужно только ее присутствие, чтобы всё зажглось. Едва ли не каждый день ее имя на страницах газет. Она – в первой и сильной команде «Часа пик», печатается в «Смене», «Вечерке», «Ленправде»… Она еще и нештатный корреспондент столичных газет и журналов; она выпускает книги. Как это ей все удается? Я слышу, как она говорит нашим школярам: «Не ждите, когда вас посетит вдохновение, беритесь за ручку и пишите, каждый день пишите»…

Как учитель она не вводит учеников постепенно в азбуку профессии. Она с ходу, с первого урока, объявляет пресс-конференцию. «Задавайте нам вопросы, любые, какие придут в «голову»… К следующему занятию принесёте отчет»… Они и слов-то этих еще не знают, думаю, я сама находилась под сильным воздействием этого напора. И подумать только: Полина права! Как раскрепостились наши ребята! «Журналистика – это ремесло или искусство?» «Согласны ли вы с тем, что журналистика продажная профессия?»

Полина поощряет новичков одобрительным смехом. Да что там смех? Она громко хохочет. Она по уши влюблена в эту молодую, остроумную, язвительную публику. Она не пасует, не робеет перед ней. За ее плечами – огромный опыт постижения жизни. Что уж тут говорить о профессионализме? Как журналист она погружается в самые глубины житейских судеб и проблем. Ребенок, брошенный матерью, убийство на почве любовного треугольника, правота заключенного в тюрьме… Нет таких тем, за которые бы она ни бралась. «От секса до кекса», – смеясь, говорит она о своем творческом диапазоне. Но если без шуток, Полина, исследуя тот или иной предмет, никогда не идет прямым и гладким путем, а усложняет задачу, разрушая схемы и стереотипы. «Человек половину своей жизни лжет». Господи! Но она формулирует точно, удивляет, убеждает и заставляет думать. Она – журналист оттенков и глубины, глубин и оттенков.

Полина легка на подъем, натурально хороша, никого из себя не корчит и потому в «наших классах» ее обожают. При этом она строга, не дает спуску тем, кто пишет первые заметки шаляй-валяй, правит тексты решительной рукой мастера (по себе знаю окончательность и бесповоротность ее правок и сокращений, – о, ужас!).

Полина Соловей и ее ученикиСтрогая к себе, она не терпит халтуры. Горячится, ругает, но не унижает. Вот уж воистину: справедливость – ее ремесло. По правде сказать, слово «ремесло» к ней не относится. Она против цеховой узости, за высокую культуру журналистов. И потому, говорит она, на занятиях у нас будут интересные люди. И они были! Валерий Галендеев, правая рука Льва Додина, режиссер и постановщик сценической речи; Самуил Лурье, литератор; Александр Секацкий, новомодный в ту пору молодой философ; Дмитрий Травин, экономист и публицист; очень умная дама из психоаналитиков, – я забыла ее имя, – но она-то как раз вызвала нескрываемое шипение нашей юной аудитории. Надо было видеть разгоряченное лицо Полины. Когда уязвленная дама покинула нас, она сказала: «Да откуда у вас такое нетерпение злобы? Извольте уважать моих гостей… Это тоже входит в понятие профессионализма». И остыв от гнева, предложила обсудить то, что им не понравилось. Многим нечего было сказать и они «садились в лужу».

Смешно, но она учила их говорить «Здравствуйте!» Она знавала молодых хамов в родных редакциях… Она ненавидела хамство и снобизм.

Полина любила свой город, музыку, книги, мужа, дочку и необыкновенное чудо – Соньку, свою внучку. Как же им теперь без нее?..

«…Человек бросается в огонь… Разве он думает о том, что может в нем сгореть? Он думает о тех, кого должен спасти. Этим свойством – забывать себя, помня о других, – отмечены лучшие люди». (Это написала Полина Соловей в своей книге «И начинается новый день»).

Полина была лучшей среди нас.

Людмила РЕГИНЯ

Комментарии  

+1 # Владимир 21.09.2016 14:49
В каком-то смысле, и моя журналистская судьба определилась не без участия Полины Семеновны. Стихи я писал с детства, и даже по телеку с выступал с их чтением. А вот Полина Семеновна, работая в "Смене", публиковала в молодежке мое школьное сочинение о женских образах романа Льва Толстого "Война и мир". И я почувствовал, что называется,интерес к газетному делу. В конце концов, спустя годы, и сам стал заместителем главного редактора газеты "Смена". Вот такие истории были связаны с Полиной Семеновной...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать