Нашу осень замело пургою

– писала в своих стихах Валентина Дроздовская



Валентина Владимировна ДроздовскаяГоловокружительны сейчас карьеры на ТВ. Новые и сверхновые звезды вспыхивают ярко и бурно. А мы, старые телезрители, когда только еще привыкали к ТВ, то влюблялись в его дикторов. В Валентину Дроздовскую, например.

Как сейчас вижу ее в торжественном уюте студии, в свете павильонных софитов, в моменты зарождения на глазах у публики действа солидного – студийного стационарного телевидения. Она чуть официальнее, сдержаннее, недоступнее – за чтением информационных материалов, чуть раскованней, вальяжней, ближе к нам и, чур меня от таких мыслей, интимнее в студии на фоне книжных полок, может быть, у чайного сервиза – хозяйкой передачи о литературе, искусстве, культуре, нравственности. Или о любви. Это – Дроздовская! Эта она, чуть-чуть лукавая, обаятельная – настоящая актриса. Она и была актрисой и по образованию, и по предназначению своему. Человек театра, она пришла однажды на ТВ и избрала раз и навсегда, на всю жизнь именно эту телевизионную, а не театральную рампу.

Она выросла в детдоме на юге, получила театральное образование в Днепропетровске и сумела стать лицом Ленинградского телевидения, приняла и почувствовала город, сроднилась с ним и стала его рупором. Она полюбила наш город, и город ответил ей любовью. А ведь этот город не каждого может принять. Дроздовскую принял.

Мне жаль, что дикторы теперь исчезли с экранов. Журналисты, заменившие их, пожалуй, дань моде, а не ответ на зрительские потребности. Да, дикторы прошлого может были чуть более спокойны, чем хотелось бы, может, быть, слишком державны и непререкаемы, но зато не шепелявили, не картавили, не путались в обычных и логических ударениях. И разве не в нарушении заветов дикторской профессии нынешняя языковая загрязненность, стилистические ляпы, интонационные сбои, обилие писклявых или напротив мертвенно-глухих голосов в эфире. И очень жаль, что теперь мы не слышим таких, как Дроздовская.

…Тяжело пережила Валентина Владимировна утрату мужа, друга, единомышленника, актера. Лев Лемке – мы все его знали. Любили на сцене и в жизни. Зато всегда был рядом сын Сергей – потомственный телевизионщик, блестящий оператор.


Нашу осень замело пургою
Внеурочно, суетно и зло,


– писала она в своих стихах. В трех ее стихотворных сборниках много таких пронзительных строк.

Эти щемящие душу строки, вмонтированные по телевизионной манере в текст, принадлежат ей, Дроздовской, как и три стихотворных сборника, вышедших в разные годы в «Советском писателе» и издательстве «Современник». Вот уж поистине талантливый человек талантлив во всем!