Main menu

29 августа не стало Виктории Валентиновны Морозовой, обозревателя газеты «Санкт-Петербургские ведомости», члена Союза журналистов. На страницах газеты она вела авторскую рубрику «Нравственный аспект», редактировала полосы «Благое дело» и «Ближний круг». Прощание с Викторией Морозовой прошло тихо, в узком кругу родных.



Виктория МорозоваВиктория Морозова родилась 23 декабря 1961 года в Ленинграде. Окончила факультет журналистики ЛГУ. В 1979 году пришла на работу в «Смену». В разных отделах редакции она проработала почти двадцать лет. В 1983 –1986 году работала на Сахалинском телевидении, вела авторские программы, снимала сюжеты для программы «Время». Затем вернулась в газетную журналистку – с 2004 года была обозревателем отдела социальной политики в «Санкт-Петербургских ведомостях».




«Самое счастливое время осталось там…»

...О том, что с Викой случилась беда, я узнала накануне похорон. Почему-то она хотела, чтобы никто не знал. Не хотела речей и некрологов на последней полосе.

В последние годы мы говорили редко. Мешала какая-то глупость и вечное потом — потом созвонимся, встретимся, да, потом обязательно...

Может, оттого самое счастливое время осталось там, в начале девяностых, на Фонтанке, в «Смене», в прокуренном кабинете 222, где Вика Морозова была хозяйкой, ну уж точно старшей по «звездочке».

Прямой взгляд из-под очков. Строгая. Иногда очень строгая. Кто ее знал плохо, считал, что с ней трудно. А все было совсем не так. И просто, и очень весело.

Почему-то сейчас вспоминаются подробности, которые, казалось бы, не имеют прямого отношения к тому делу, которым Вика занималась много-много лет. Что у нее был отменный музыкальный вкус и приличное профессиональное музыкальное образование (хотя на моей памяти она никогда не писала о музыке). Хорошее чувство юмора. А еще, что она была страшной аккуратисткой – и надо было видеть, как гоняла она Гошу Урушадзе за вечный бедлам на его столе.

Но было в ней еще то, что обычно за годы работы в творческих коллективах теряют легко, – бескомпромиссность.

Не нравились люди – не общалась. Не нравилась тема – не писала, а если приходилось, то ломала себя страшно и корила долго.

Работала она обстоятельно и медленно. Любила темы трудные. Крутила материал и так, и этак, прежде чем сесть писать. Оттого нередко была для начальства корреспондентом неудобным, несговорчивым, трудным на подъем. Но читателю это было неведомо. И правильно. Он получал качественную историю, глубокий материал, продуманный, прожитый, проверенный. Как и должно быть в серьезной журналистике.

...На прощание с ней хотели прийти многие. Думаю, она даже не знала, что их могло быть так много.

Мы очень давно не разговаривали, но я хорошо помню ее голос. И было бы здорово, если бы она сейчас посмотрела на меня и рассмеялась: «Ну, мать, ты даешь!..»

Ника Стрижак,
телеведущая, режиссер-документалист


Виктория Морозова. Фото Сергея Грицкова В редакции «Смена». Виктория Морозова в центре. Фото Павла Маркина



«Она и впрямь была как лучик света»

С Викой Морозовой (тогда она была Бугринова) я познакомился в 1981 году, когда был девятиклассником и пришел первый раз в «Смену». Вика вела там занятия юнкоровского клуба. Она была в стройотрядовской курточке, показалась мне очень деловой и строгой. Уже не помню, что на сходке этой тогда обсуждали, но я вставил свои пять копеек в дискуссию, и они Вике не понравились. «Критикнула» она меня как-то. Весь вечер потом я переживал, думал, не будет у меня в «Смене» будущего. А потом встреча за встречей – и понял, что Вика очень трогательный и душевный человек. Мы подружились.

Вика в той старой «Смене» много писала об интернациональной дружбе, о зарубежных студентах в Ленинграде, о визитах всяких иностранных молодежных делегаций. Задорно писала. У нее был псевдоним – Лучёва. Характерный псевдоним – она и впрямь была как лучик света. Прекрасно играла на гитаре и пела.

Потом она вышла замуж и уехала в Южно-Сахалинск. Писала мне оттуда про местную жизнь, очень интересно было читать. Но сколько-то лет спустя вернулась и снова оказалась в «Смене». Ее маленькая дочка Стася часто по вечерам сидела в редакции, я ее развлекал, и все шутили: вот вырастет, и вы поженитесь.

У нас с Викой один и тот же день рождения, с разницей в несколько лет. Однажды она написала мне на ДР четверостишие: «Мы родились с тобою в день один, а значит, и конец един. Измученные жизнью дети умрем с тобою мы в газете». Боже мой, с какой болью это читается сейчас!

Наши пути разошлись, я менял редакции, Вика стала работать в «Санкт-Петербургских ведомостях». Писала там на разные социальные темы, всегда с искренней заинтересованностью, с любовью к людям. А еще она стремилась помогать животным, в соцсети призывала перечислять деньги для несчастных приютских собак. И ее друзья перечисляли.

Мы долго не виделись, и мне грустно от этого. Ее смерть стала для всех знавших ее шоком. Одним из последних постов на ее странице в «Фейсбуке» стала картинка с ежиком, бредущим с котомкой, и с подписью: «Иногда хочется собрать всё в узелок и уйти в туман».

Не уйдешь ты в туман, Вика! Мы будем помнить тебя и любить!

Андрей Петров,
шеф-редактор газеты «Невское время»


Союз журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области выражает глубокие соболезнования родным и коллегам Виктории Валентиновны Морозовой.